В конце февраля президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган подписал указ, который расширяет программу государственной поддержки для местных разработчиков мобильных игр. Однако полноценно обсуждать его в профессиональном сообществе начали только сейчас — спустя почти три месяца. Причина задержки, вероятно, кроется в том, что механизмы компенсаций требовали уточнения, и только к концу мая детали стали достоянием публики. Теперь студии, зарегистрированные в Турции, могут претендовать на возврат до половины расходов по целому ряду статей, которые раньше покрывались лишь частично или не покрывались вовсе.
Самая заметная новая мера — возмещение до 50% затрат на привлечение пользователей (UA) и маркетинг. За год можно подать заявку на десять тайтлов, а общая сумма возврата не превысит 50 миллионов турецких лир — примерно 1,1 миллиона долларов по текущему курсу. Для студий, которые активно растут за счет рекламных кампаний в Facebook, Google Ads и программатик-сетях, это серьезная поддержка. Кроме того, власти готовы компенсировать до половины комиссий, которые разработчики платят App Store и Google Play. Лимит здесь скромнее — 20 миллионов лир (около 436 тысяч долларов) в год, но учитывая, что 30-процентная доля платформ остается одной из самых болезненных статей расходов для мобильных студий, даже частичный возврат ощутим.
Отдельно прописаны компенсации за облачную инфраструктуру и хостинг — до 5 миллионов лир (109 тысяч долларов) в год на такие сервисы, как Amazon Web Services и Azure, а также за аналитические платформы — до 2,5 миллиона лир (54,5 тысячи долларов). Это прямо адресовано студиям, которые используют мощные инструменты для обработки данных и масштабирования серверов. Но, пожалуй, самый необычный пункт касается персонала. Турецкие студии смогут ежемесячно возвращать до 90 тысяч лир (примерно 1,96 тысячи долларов) на каждого местного сотрудника и до 250 тысяч лир (5,45 тысячи долларов) на одного иностранного специалиста. При этом сохраняется правило 50-процентного лимита — то есть фактически государство готово взять на себя половину зарплатных расходов в пределах этих сумм. Дополнительно возмещается аренда зарубежных офисов — до 6 миллионов лир (131 тысяча долларов) в год.
Почему турецкое правительство пошло на такие шаги именно сейчас? Исполнительный директор монетизационной платформы UndrAds Анураг Рай предположил, что ключевая цель — удержать мобильные студии в стране. В последние годы Турция стала настоящим инкубатором успешных mobile-first компаний, но многие из них быстро переходят под крыло крупных международных корпораций. В начале 2026 года Scopely приобрела Loom Games, а до этого Zynga купила Peak Games — сделки, которые лишили местный рынок самостоятельных игроков. Чиновников это беспокоит, поскольку вместе с головными офисами из страны уходят налоги, рабочие места и контроль над интеллектуальной собственностью. Новая программа поддержки призвана сделать Турцию более привлекательной для долгосрочного базирования разработки.
Стоит отметить, что Турция уже давно считается одним из мировых хабов мобильного геймдева. В Стамбуле и Анкаре базируются студии, создавшие такие хиты, как Toy Blast, Wordscapes и Royal Match. Экосистема здесь сформирована вокруг сильных технических университетов, относительно невысокой стоимости жизни и активной венчурной среды. Однако в последние два года инфляция и падение курса лиры сильно ударили по операционным бюджетам студий, которые получают выручку в долларах, а тратят — частично в местной валюте. Программа компенсаций помогает сгладить этот дисбаланс, особенно в части маркетинга и зарплат, которые номинированы в лирах, но фактически конкурируют с глобальным рынком труда.
Какие последствия могут быть у этой инициативы? Во-первых, она способна замедлить отток талантов и поглощения независимых студий. Если разработчики видят, что государство готово разделить с ними риски, они могут отложить решение о продаже или вовсе отказаться от него. Во-вторых, меры могут стимулировать рост новых студий: снижение порога входа за счет субсидирования маркетинга и облачных сервисов делает стартапы менее уязвимыми на ранних стадиях. В-третьих, программа создает прецедент для других стран с развивающейся игровой индустрией — аналогичные схемы уже обсуждаются в Индии и Бразилии, но пока нигде не реализованы в таком объеме.
Впрочем, есть и скрытые риски. Лимиты в долларовом эквиваленте могут показаться щедрыми на бумаге, но при сохранении инфляции их реальная ценность будет быстро снижаться. Кроме того, бюрократические процедуры получения компенсаций пока не до конца прозрачны — разработчики опасаются, что заявки будут рассматриваться месяцами. Тем не менее, сигнал от правительства однозначно позитивный: оно признает мобильные игры драйвером экономики и готово вкладывать ресурсы в их развитие.
Интересно, что активное обсуждение программы совпало с анонсом десятого турецкого бизнес-ивента WN Istanbul’26, который пройдет в Стамбуле 18–19 июня. Это площадка, где собираются издатели, разработчики и инвесторы со всего региона. Вероятно, на полях ивента состоится множество встреч, посвященных практическим аспектам получения субсидий, а также возможным корректировкам условий. С учетом того, что указ подписан всего три месяца назад, первые реальные выплаты по нему могут начаться уже осенью — и тогда станет ясно, насколько эффективна эта модель. Пока же турецкие студии получили четкий сигнал: правительство готово не только говорить о поддержке, но и выделять реальные деньги на ключевые статьи расходов.
Для рынка в целом это означает, что Турция намерена сохранить статус одной из главных лабораторий мобильного геймдева — даже ценой прямых субсидий. Останется ли эта стратегия успешной в долгосрочной перспективе, зависит от того, как быстро студии смогут адаптироваться к новым условиям и насколько гибкими окажутся сами чиновники. Пока же очевидно одно: власти делают ставку на удержание разработчиков внутри страны, и готовы платить за это из бюджета.